Чепижко Оксана

Накануне 8 марта: откровенно о роли женщин в политике

Так совпало, что через три недели после Международного женского дня украинцы будут выбирать президента. Чем не повод поговорить о роли женщин в нашей политике?

Сначала немного статистики. Согласно данным портала открытых данных Верховной Рады, в ВР нынешнего созыва примерно 12% женщин. Это больше, чем раньше (9%), но почти в два раза меньше среднемирового показателя (24%).

С влиянием женщин на принятие политических решений дела обстоят еще хуже. Согласно Global Gender Gap Index-2018 от Мирового банка, Украина занимает 97 место среди 149 стран. И это несмотря на гендерную квоту в 30%, которую на прошлых парламентских выборах так и не выполнили 20 партий из 29, участвовавших в гонке.

Если спуститься с национального уровня на местный, ситуация может показаться не столь печальной. По итогам местных выборов 2015 года в областных советахженщин-депутатов 15%, а в городских – чуть больше 18%.

Выходит, положительные изменения начинаются «снизу»? Как говорится, не всё так однозначно.

«Национальные особенности» участия наших женщин в политической жизни могут многое рассказать не только о гендерных стереотипах, но и, собственно, о самой политике. Со всеми её постсоветскими «искажениями» и, как следствие, двойной дискриминацией женщин.

Почему в местных советах женщин стабильно больше, чем в главном законодательном органе страны? Потому что партии предпочитают «отдавать» женщинам-кандидатам менее престижные места.

Общая закономерность такова: там, где, речь идёт о «ресурсных» должностях, принято апеллировать к политической целесообразности (что бы это не значило). Там, где место «не прокормит» – можно сыграть по правилам.

Возможно, чтобы избежать давления партийного руководства, женщинам-политикам будет выгодней избирательная система с открытыми списками? Тоже не факт, ведь им придется соревноваться не только за голоса избирателей, но и за партийный рейтинг.

Кстати, есть и такая закономерность: если партия выступает против определенных групп населения и склонна в своей деятельности к дискриминации, количество женщин в её рядах тоже будет уменьшаться.

Правый разворот к консерватизму и «традиционным ценностям» актуализирует общественные предубеждения: мол, политика – не женское дело. Если женщина – это прежде всего «хранительница очага», значит, уход в «мужскую» сферу автоматически превращает её в «плохую» мать, жену, хозяйку…

Даже попав во власть, женщины сталкиваются с якобы «традиционным» делением на hard и soft политику. Грубо говоря, оборонка, инфраструктура и экономика – мужчинам. Образование, медицина и (возможно) социалка – женщинам.

Плюс «стеклянный потолок». Как бы там ни было, но в 21 веке сделать топ-карьеру в политике нашим женщинам по-прежнему намного сложней, чем мужчинам.

Помните, как одну из женщин-кандидатов на президентский пост называли«единственным мужчиной в украинской политике»? Казалось бы, комплимент. А на самом деле – сегрегация. Как будто женщина в политике – это заведомо «второй сорт» и, чтобы победить, она должна «стать» мужчиной.

Между тем, как свидетельствуют некоторые международные исследования, именно женщины способны привнести в публичную политику уникальные качества, которые в итоге сыграют роль «предохранителей» от нездоровых перекосов.

К примеру, женщины на 20% чаще, чем мужчины, вкладывают ресурсы в будущее – главным образом, образование и здоровье детей. В силу двойной нагрузки (работа плюс домашние обязанности) и, как следствие, привычки экономить время, они больше склонны к устойчивому развитию, а не достижению быстрых результатов. Другими словами, ищут системные ответы на вызовы, а не «рубят с плеча».

Парламенты, где женщин больше 40%, чаще принимают решения, которые способствуют инклюзивности, преодолению бедности, минимизации экологических рисков и «качественному» экономическому росту. Самые яркие примеры – парламенты Норвегии (в 2018 году – 41,4%) и Швеции (43,6%).

Правда, в этом вопросе существует еще один аспект – в некоторых странах, которые переживают непростые общественные процессы, либо конфликты, процент женщин в органах представительской власти достаточно высокий, (пример Руанды, Боливии, Никарагуа). К слову, это связано с желанием общества снизить градус напряжения.

Всё это – долгосрочные цели, которые у нас пока что стабильно проигрывают популистским обещаниям «снизить» и одновременно «поднять».

Поэтому участие женщин в принятии решений – не «вишенка на торте», а сверхактуальная задача для Украины.

Речь идёт не только о политике. Активных женщин-агентов изменений хватает и в бизнесе, и в журналистике, и в гражданском секторе.

Пришло время действовать?

Оксана Чепижко, специально для УП

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *